Укрощение страха

О дрессировке членистоногих и трансформации человека

C самого детства моя дочь панически боялась собак. Мы не могли спокойно пройти мимо пса любого размера. Издалека завидев собаку, дочь моментально забиралась к нам на руки как обезьянка, а от лая вздрагивала всем телом, словно рядом взорвался ящик петард. Но и дочь и сын долго ползали на коленях, умоляя завести “шабаааку”. Когда дочери было семь лет, мы с женой совершили глупость и сдались. Почему глупость — тема отдельной статьи, когда-нибудь ее расскажу. В первый же день, когда я принес трехмесячного Умму, дочь, сидя на руках, заставила нас пообещать, что щенок к ней никогда подходить не будет — настолько велик был ее страх перед непонятным существом. Нетрудно докагадаться что произошло дальше — в течение буквально месяца-двух щенок для дочери стал “братиком”, которого можно всячески тискать и немилосердно тягать за лапы и хвост. От страха не осталось и следа. Более того, когда наглеющий песик “по-братски” покусывает или царапает дочь, она даже не жалуется, а, смахнув слезу, всячески его защищает. Собственно, в отношении других собак страх тоже прошел, осталось только неуемное умиление и любопытство. Это, конечно, нас, как родителей, не может не пугать.

Обычно у детей (да и у взрослых) много страхов и фобий. С собаками мы вопрос “порешали”, но у дочери есть еще вопросы к насекомым, особенно паукам. Ее глаз до того наметан, что, заходя в новое помещение, дочь замечает микроскопического безобидного паучка, который наивно решил, что спрятался от человеков. Недавно вечером на моем столе появился восьминогий гость. Довольно крупный, тельце длинной с ноготь, дерзко игнороривал меня, поэтому был зачислен для участия в научном эксперименте. Я давно мечтал изучить как трансфоримруется страх.

Здесь необходимо сказать, что я сам многого боюсь в жизни. Конечно, не пауков, но и без них список не короткий. Силу своих страхов я в полной мере ощутил год назад, когда принял участие в древнем ритуале в джунглях Перу. С тех пор я внимательно изучаю каким образом можно обращать внимание на свой страх. Не застывать, не бежать от него и не бороться, а с любопытством наблюдать, входить со своим страхом в контакт, позволяя ему проявить себя, и в процессе нам обоим измениться. Меня очень вдохновляет подход, точно описанный двумя очень разными людьми: “Все, что вы когда-либо желали, находится на другой стороне вашего страха” [1] и “То, что вам нужно больше всего, всегда можно найти там, где вы меньше всего хотели бы искать” [2]. Когда рассуждаешь абстрактно, то легко согласиться, что все именно так и обстоит. Но когда дело доходит до встречи с вашим конкретным страхом, будь-то боязнь темноты, змей, воды, высоты, огня, замкнутых пространств, громких звуков, публичного выступления, старости, смерти, неопреденности — сразу становится ясно, что интеллектуального прозрения мало. Необходимо знание процесса — как меняется страх от того, чего вы вчера отчаянно желали избежать любой ценой до того, что вы сегодня вспоминаете со смехом. С этой целью я активно экспериментирую на себе и, конечно, не упущу возможности поставить опыт на своих близких.

“Все, что вы когда-либо желали, находится на другой стороне вашего страха”

Паук в банке благополучно дожил до утра и был должным образом представлен дочери — “Все в порядке, стенки банки высокие, прыгать он не умеет, на банке крышка с дырками, в которые он не пролезет”. Помимо вполне предсказуемой реакции ужаса от такой внезапной близости, в глазах дочери был заметен интенсивный интерес. Возможность рассмотреть свой ужас с расстояния десяти сантиметров за комфортной “стеной” из стекла и под “охраной” папы, снижало тревогу в достаточной степени, чтобы возобладало любопытство. Не обошлось, как водится, без сюрпризов, поскольку засранец, оказывается, умел-таки прыгать в высоту. Но в целом можно сказать, что контакт состоялся, причем буквальный. После визуального осмотра, я взял карандаш и под испуганно-восхищенные вопли дочери стал гонять паука внутри банки. “Папа, а он не выберется по карандашу? Ай, ой! Закрой, пожалуйста, банку!”. Когда и опосредованный контакт (через папу) перестал быть диковинкой, дочь сама попросила карандаш. Осторожно, с максимальной бдительностью, дочь с визгом дотронулась до паука грифелем, заставив того совершить круг по “арене”. Дальше пошло веселей. В какой-то момент мне уже стало жалко нашего подопытного — настолько рьяно дочь его “дрессировала”. На мой вопрос: “Ну что, как тебе?”, дочь увлеченно прошептала: “Ужасно… интересно”. Мы играли до тех пор, пока дочь не сказала “Все, хватит, мне уже стало скучно”. Это был важный знак. То, что раньше вызывало запредельный ужас, не позволяющий уснуть пока родители не проверят “что-то сидящее в углу потолка” детской, теперь стало обыденным, превратилось в нормальность.

Конечно, наивно ожидать, чтобы за один час дочь избавилась бы от своего страха пауков, а тем более остальных насекомых, но я убежден, что в ее сознании что-то все-таки изменилось. В нейронной коре протоптались новые дорожки, возникли новые, ранее немыслимые, связи, мир уже не будет таким, как прежде. И это хорошо. Потребуется еще много подобных “контактов”, чтобы страх дочери потерял над ней свою власть и силу. Однажды запустив, этот процесс уже сложно остановить, к счастью.

Я недавно уже писал об удивительной особенности нашего мозга включать две очень разные реакции на непонятную ситуацию или объект — вначале мгновенно включается парализующий нас ужас, а затем, чуточку позднее, обязательно активируется исследовательский интерес. Это называется “ориентировочный рефлекс” и он настолько древний и непреодолимый, что мы можем расслабиться и не мешать естественному процессу должным образом протекать. Наш испуг неизбежен. Равно как и наше любопытство. Первое нас “убьет” (на время). Второе гарантировано “вернет” нас к жизни. Поэтому можно смелее исследовать каждый свой страх — сама эволюция нам в этом помогает.

Представить свою жизнь совсем без страха невозможно. Однако проходить через процесс его трансформации быстрее, не застревать в нем на долгие годы, это ли не цель, достойная сверх-усилий? Если правда то, что на другой стороне страха нас ждет безумно ценная награда, может быть пора убегать от него? И вначале украдкой, потом чуточку смелее, не торопя процесс, взглянуть на то, что всю жизнь так парализовало нас. Любой, даже гомеопатический, прогресс, будет освежать как глоток воздуха в душной комнате. Возможно, в процессе мы неожиданно обретем нового себя — того, кто идет навстречу своему страху.

[1]: “Everything you’ve ever wanted is on the other side of fear”, George Addair, a real-estate developer in post Civil War Atlanta.
[2]: “The thing you most need is always to be found where you least want to look”, Jordan B. Peterson, a Canadian clinical psychologist.

О том, чем занимается Александр, можно прочитать здесь

Другие статьи Александр можно найти на Medium, в блоге и на сайте.

Данная статья является частью “In-between” — проекта об искусстве жить между Хаосом и Порядком. Для этого Александр исследует жизнь с разных точек зрения — бизнес, семья, здоровье, спорт, психология, общество. Своими догадками и находками он делится через статьи, аудио-подкаст и видео-блог. Если вы хотите поддержать проект “In-between”,, то вы можете это сделать на краудфандинговой платформе “Patreon”, став Патроном этого творческого проекта.

Спасибо вам за чтение. Вам понравилась статья? Вы можете нажать на кнопку 👏 “хлопнуть в ладоши”, чтобы другим читателям было проще на Medium эту статью отыскать.

Как бизнес-терапевт, я помогаю предпринимателям быстрее принимать трудные решения на стыке бизнеса и личности.

Как бизнес-терапевт, я помогаю предпринимателям быстрее принимать трудные решения на стыке бизнеса и личности.